Захват и оккупация афганистана

Условное название мифа:

Захват и оккупация Афганистана

Развёрнутое описание:

В сознание общества в период холодной войны старательно внедрялся миф о том, что Советский Союз из агрессивных побуждений фактически захватил соседний Афганистан и установил там марионеточный политический режим, чем спровоцировал гражданскую войну в стране и последующий многолетний кризис. Это упрощённое представление бытует до сих пор, во многом благодаря тому, что большей части российского и западного общества афганские условия абсолютно неизвестны.

Примеры использования:

Афганистан рассматривает возможность потребовать от России компенсации за оккупацию страны, которая началась со вторжения советских войск 27 декабря 1979 года. Об этом недвусмысленно заявило афганское правительство в 26-ю годовщину ввода советских войск, передает агентство Xinhua. ... «Развал Афганистана начался с вторжения Советского Союза, что привело к полному разрушению всей политической, экономической и социальной инфраструктур страны», - подчеркнул пресс-секретарь президента.

Действительность:

Дипломатическое и экономическое сотрудничество существовало между Советским Союзом и Афганистаном еще задолго до апрельской революции 1979 года. Советский Союз, как наиболее развитое из пограничных государств, поставлял Афганистану высокотехнологичные товары, включая военную технику. С 1956 по 1978 год СССР поставил в Афганистан оружия на сумму 1,2 миллиардов долларов, причем часть поставок осуществлялась в кредит1). Советские специалисты осуществляли множество и сугубо гражданских проектов: при участии наших инженеров к 1979 году было построено около 70% действовавшего дорожного покрытия в стране и 3 из 4 международных аэропортов Афганистана2).

Наравне с гуманитарным фактором, советская заинтересованность в Афганистане объяснялась географическим положением страны, примыкающей к среднеазиатским республикам Союза. Необходимо было обеспечить безопасность этого советского «подбрюшья», ведь в случае появления в Афганистане военных баз Китая или НАТО под ударом оказывался ряд стратегических объектов, включая Байконур, что вполне естественно беспокоило руководство СССР3). Поэтому условия советско-афганского сотрудничества включали в себя закрытие севера страны для всех представителей враждебных СССР государств, особенно стран НАТО4). Других требований к внешний и внутренней политике Афганистана советское руководство в тот период не предъявляло.

Советско-афганские отношения ухудшились после переворота 1973 года, приведшего к свержению монархии. Бывший премьер Мухаммад Дауд, провозгласивший себя президентом, пытался втянуть СССР в вооруженное противостояние с Пакистаном ради спорных территорий, населенных пуштунским (афганским) населением и шантажировал Союз возможным сближение с США и НАТО5). Это ухудшение отношений породило мнение о том, что Апрельская революция, совершенная афганскими коммунистами, был спровоцирована СССР, однако доступные источники позволяют усомниться в правильности этой версии.

Виктор Меримский, представитель Министерства обороны в Афганистане, приводит в мемуарах рассказ одного из работников советского посольства, утверждавшего, что он и его коллеги поняли ситуацию в Кабуле слишком поздно, так что о факте переворота в Москве узнали из сообщений СМИ. Представители Народно-демократической Партии Афганистана позже заявляли, что скрыли информацию о готовящемся перевороте от советских союзников, мотивируя это тем, что «Москва могла их отговорить от данной акции в виду отсутствия в стране революционной ситуации»6). Трудно однозначно доказать, что эта информация верна, но в силу логики событий у руководства СССР были все основания опасаться появления признаков советизации Афганистана в тот период, ведь это могло спровоцировать ответную реакцию Пакистана, стран НАТО и КНР, как это в действительности и произошло.

Советские представители контактировали с руководством НДПА, но в настоящий момент нет никаких данных о финансировании или иной материальной поддержке афганской оппозиции со стороны СССР, в то время как международная практика тех лет знала гораздо более открытые и значительные примеры вмешательства в политическую жизнь сопредельных стран. Например, во время канадских парламентских выборов 1984 года в штабе консервативной партии работали «эксперты», направленные администрацией Рейгана. Победа консерваторов на выборах позволила добиться подписания канадско-американских соглашений о «свободной торговле», против которого выступало больше половины населения7).

В период правления Тараки и Амина СССР стремился свести к минимуму свести свое присутствие во внутренней политике Афганистана, однако это не всегда удавалось из-за специфики развития страны. Военный переворот в Кабуле под коммунистическими лозунгами был бы воспринят многими зарубежными государствами как приход к власти марионеточного режима, угрожающего превращением Афганистана в военную базу коммунистического блока, что явочным порядком ликвидировало сложившийся со времен британского владычества в Индии нейтральный статус страны. Так, Ираном и особенно Пакистаном новый режим расценивался как явная угроза их безопасности. Учитывая хорошие отношения СССР с Индией, Исламабад мог ожидать их совместного геополитического давления, которое могло бы привести к тяжелейшим последствиям вплоть до территориального расчленения Пакистана. Следует помнить, что в то время еще был свеж в памяти пример провозгласившего независимость Бангладеш, что объясняет панику, охватившую Пакистан в те дни. Рынки региона пережили кризис из-за оттока капиталов8), а правительство было вынуждено обратиться за защитой к США и арабским государствам.

Основная работа по формированию и подготовке антикабульских формирований на территории Ирана и Пакистана началась летом 1979 года, после подписания Президентом Картером директивы от 3 июня о поддержке движения моджахедов. Исламские экстремисты действовали на территории Афганистана еще во времена монархии, до переворота Дауда: в конце 1960 – начале 1970-х при боевых действиях было убито до 600 человек радикальных исламистов. При разгроме антиправительственного заговора в декабре 1973 было арестовано еще столько же участников движения «моджахедов»9). После свержения монархии ситуация усугубилась рецидивами открытых мятежей, а после же прихода к власти коммунистов и вмешательства в конфликт иностранных государств, взявшихся за финансирование афганской оппозиции, ситуация и вовсе стала критической.

О масштабах иностранного участия в подготовке отрядов «моджахедов» говорят следующие данные. В начале 1980-х США выделяли на подготовку моджахедов 20-30 миллионов долларов в год, к 1988 сумма годового финансирования достигла 630 миллионов10). Во американской внутренней полемике используется оценка общих расходов по поддержке вооруженных групп исламских радикалов (бюджет операции «Циклон») в 4 миллиарда долларов.

В 1980 году Европейское экономическое сообщество пожертвовало на нужды афганской оппозиции 18,8 миллионов, Япония - 4, самый крупный вклад, который сделала в том же году Саудовская Аравия, составил 700 миллионов долларов США11). В лагерях Пакистана с июня по ноябрь 1979 года прошли подготовку около 30 тысяч человек, и благодаря напряжённому труду инструкторов из арабских государств общая численность афганских антиправительственных формирований составила в 1980 году 80 тысяч человек, что равнялось численности афганских вооруженных сил на 1968 год. Фактически в Пакистане и Иране формировалась параллельная система силовых структур по мощи близкая той, что находилось в распоряжении кабульского правительства.

По утверждению Збигнева Бжезинского, во многом именно американская сторона провоцировала эскалацию конфликта и добивалась того, чтобы советским руководством был принято решение о вводе войск в страну. «Мы не принуждали русских к интервенции, но намерено повышали подобную вероятность. … В день, когда советские войска пересекли границу, я написал Президенту Картеру: «Теперь мы имеем возможность дать СССР их Вьетнамскую войну»»12).

К сожалению, Нур-Мухаммад Тараки в качестве ответа на возникшую угрозу избрал массовые репрессии: по имеющимся данным с апреля 1978 по сентябрь 1979 в Афганистане было уничтожено около 12 тысяч противников режима, не говоря уже о множестве инакомыслящих, помещённых в тюрьмы13). Советский Союз вежливо пытался указывать на недопустимость подобной практики: во время очередной встречи Косыгин «не для обсуждения, а в порядке пожелания» намекнул на опасность практики массовых арестов, но Тараки отверг притязания советской стороны и заявил, что репрессии проводятся только против тех, кто реально связан с экстремистами.

После свержения и убийства Тараки своим помощником Хафизуллой Амином репрессии приняли еще более широкий характер. К этой проблеме возвращается Политбюро на заседании 31 октября 1979: «В стремлении укрепиться у власти Амин, наряду с такими показными жестами, как начало разработки проекта конституции и освобождение части ранее арестованных лиц, на деле расширяет масштабы репрессий в партии, армии, государственном аппарате и общественных организациях. Он явно ведет дело к устранению с политической арены практически всех видных деятелей партии и государства, которых он рассматривает в качестве своих действительных или потенциальных противников… Действия Амина вызывают растущее недовольство прогрессивных сил. Если раньше против него выступали члены группы «Парчам», то сейчас к ним присоединяются и сторонники «Хальк», отдельные представители государственного аппарата, армии, интеллигенции, мо­лодежи. Это порождает неуверенность у Амина, который ищет выход на путях усиления репрессий, что в еще большей степени сужает социальную базу режима». Принятая тогда же директива посольству требует от советских дипломатов в беседе в Амином «подчеркнуть необходимость прекращения необоснованных широких репрессий, которые не могут не наносить вред делу апрельской революции»14).

Однако Амин игнорировал эти просьбы союзников, усиливал полицейские акции, и лишь требовал ввода советских войск в страну для борьбы с отрядами исламских боевиков. Этот близорукий курс в конечном счете ставил под сомнение сохранение НДПА у власти. В случае поражения афганских коммунистов возникала и реальная угроза безопасности СССР, так как после «директивы Картера» победа вооруженной оппозиции означала переход страны под контроль стран-противников СССР. Поэтому Советское руководство в конечном счете пошло на союз с оппозиционной группой Бабрака Кармаля и решилось на силовое свержение режима Амина. В какой-то мере эту акцию можно сравнить с современными вооруженными выступлениям США в защиту демократии в зарубежных странах, с той лишь разницей, что СССР де-юре не прибег к прямой агрессии против Афганистана и силовому противостоянию с правительственными войсками, как это было, например, при американском вторжении в Ирак. Более того, советский контингент не планировал напрямую участвовать в борьбе с отрядами исламских радикалов, проникающих с территории Пакистана, а надеялся ограничиться охраной важнейших коммуникаций страны.

Однако и после свержения Амина власть СССР в Афганистане была далеко не абсолютной. Влияние «советников» во многом определялось их профессиональном авторитетом и подготовкой, которой не обладало большинство афганских чиновников, и могло осуществляться лишь через рекомендации. Величина власти советских экспертов в каждом конкретном случае определялась позицией «подсоветных» руководителей, которые могли, как перепоручить свою работу советнику, так и полностью игнорировать его рекомендации. В качестве примера первого сценария можно привести практику партийного строительства НДПА, при которой советники из КПСС составляли уставные документы на русском, затем их переводили на дари, вновь согласовывали и только потом официально утверждали15).

Когда советские представители высказывались против «списочного» приема в партию для усиления позиций правящей фракции, Кармаль, хоть и соглашался с ними на словах, не предпринимал никаких попыток выполнить эту рекомендацию16). Точно таким же образом кабульское руководство поступило с рекомендациями об аграрной реформе. Советские специалисты настойчиво просили проводить ее поэтапно, и ограничиться на первом этапе переделом земель наиболее крупных землевладельцев, однако вновь встретили непонимание со стороны НДПА17).

Просьбы со стороны Политбюро о «создании широкого фронта левых и демократических партий во главе с НДПА» по образцу «Отечественного Фронта» Болгарии18) также были полностью проигнорированы, и эта идея оставалась без воплощения вплоть до того конца 1980-х годов, когда на повестку дня стал вывод войск СССР из страны.

Таким образом, необходимо признать, что в каждый момент советского присутствия Афганистан оставался фактически и юридическим независимым государством, ответственность за успехи поражения которого полностью ложилась на плечи его правительства. Впрочем, несмотря на них сейчас многие бывшие противники режима НДПА признают, что смогли изменить ситуацию в стране лишь в худшую сторону. Например, публицист Касим Ахгар, ранее сражавшийся в отрядах моджахедов, теперь положительно отзывается о временах советского присутствия: «Я, как человек принимавший участие в антисоветском сопротивлении, признаю, что в те времена народ жил лучше»19).

Н. А. Мендкович

1) J. Bruce Amstutz Afghanistan. The First Five Ears of Soviet Occupation. Washington D. C., 1986. P. 22.
2) Ibidem.
4) J. B. Amstutz Afghanistan. P. 27.
6) В. А. Меримский Загадки афганской войны. М., 2006. С. 34.
7) А. А. Родионов СССР-Канада. Записки последнего советского посла. М. 2007. С. 112-113, 178.
9) М. Ф. Слинкин Клерикальная оппозиция в Афганистане в 60-70-е гг. XX века / Культура народов Причерноморья, № 22, 2001. С. 225.
10) Peter L. Bergen Holy War Inc.: Inside the Secret World of Osama bin Laden. New York, 2001. P. 68.
11) М. Ф. Слинкин Афганистан страницы истории (80-90-е гг. XX века). Симферополь, 2003. С. 43.
12) Le Nouvel Observateur, Janvier 15-21, 1998. P. 76.
13) М. Ф. Слинкин Народно-демократическая партия Афганистана у власти. Время Тараки-Амина (1978-1979 гг.). Симферополь, 1999. C. 63.
15) Косимшо Искандаров Общественно-политические движения в Афганистане: 1945-2001. Диссертация доктора исторических наук. (Электронная библиотека диссертаций РГБ). Душанбе, 2004. С. 220.
16) В. А. Меримский Загадки афганской войны. С. 141, 145, 230.
17) См. М. Ф. Слинкин Народно-демократическая партия Афганистана у власти. С. 31.

Обсуждение

Алексей, 2012/10/28 00:26

Собственно, это не разоблачение мифа, а просто указание на необходимость учитывать менталитет «холодной войны». Кстати, американцы тоже ввязались во вьетнамскую мясорубку не «из агрессивных побуждений» (экономических интересов в самом Вьетнаме они практически не имели), а исходя все из тех же посылок. США были убеждены в «принципе домино»: если коммунизм победит во Вьетнаме, он распространится по всему миру, - точно так же, как руководство СССР пришло к выводу, что «социализм с человеческим лицом» в ЧССР приведет к падению всего соцлагеря, откуда «доктрина Брежнева». Это логика тех времен. С этой точки зрения Бжезинский имел основания считать, что СССР не устоит перед афганским искушением. Но факт остается фактом - ни американцев во Вьетнам, ни наших в Афганистан за руку никто не тянул. Поэтому обе сверхдержавы закономерно получают свою порцию критики. И те, и думали, что ИХ война будет кратковременной - и жестоко просчитались.

Крылов Владимир Алексеевич., 2012/10/31 18:10

СССР не захватывал и не оккупировал Афганистан. Так же, как и Штаты - Вьетнам.

Алексей, 2012/11/03 22:28

А, в этом смысле? Ну так в такой формулировке мифа придерживается, наверно, только тот, кто думает, что войну выиграли немцы:-D

Только авторизованные участники могут оставлять комментарии.
миф/захват_и_оккупация_афганистана.txt · Последние изменения: 2010/04/01 14:20 (внешнее изменение)
 
За исключением случаев, когда указано иное, содержимое этой вики предоставляется на условиях следующей лицензии: CC Attribution-Noncommercial-Share Alike 3.0 Unported
Recent changes RSS feed Donate Powered by PHP Valid XHTML 1.0 Valid CSS Driven by DokuWiki